Литературный вечер 

4 апреля в голубой гостиной музея состоялся литературный вечер «Поэт жизни действительной…», посвященный 210 –летию со дня рождения Н.В Гоголя.

Вечер открыли младший научный сотрудник Т.А. Григорьева и специалист Аксаковского фонда Усова Л.Ю. сообщением с элементами театрализации на тему «Семья Аксаковых и Н.В. Гоголь». Они рассказали о двадцатилетней дружбе двух великих писателей, иллюстрируя рассказ письмами, которые вошли в книгу С.Т. Аксакова «История моего знакомства с Гоголем».
Личное сближение писателей проходило непросто – Гоголя смущала пылкость Аксаковых, несдержанность в проявлении любви, а Аксаковым казалась странным скрытность Николая Васильевича. И все же постепенно между писателями установились близкие отношения. Сергей Тимофеевич говорил, что некоторые из его друзей «остались по сю сторону Гоголя». По мнению Ю.Ф. Самарина, Гоголь после Пушкина ничьим мнением так не дорожил, как мнением С. Т. Аксакова.
В 50 годах Сергей Тимофеевич работает над «Записками ружейного охотника», Гоголь над вторым томом «Мертвых душ». Между писателями устанавливается творчески-дружеское общение. «Жду вас с нетерпением: хочу слушать и читать», — писал С. Т. Аксаков Гоголю. «Готовьте своих птиц, а я приготовлю вам душ», — отвечал в свою очередь Гоголь. А послушав главы из второго тома «Мертвых душ» Сергей Тимофеевич писал сыну: «Что за картины природы без малейшей картинности… Нет, я уж не стану описывать вод так, как хотел было, а расскажу их просто словами охотника, а не поэта». Когда в 1852 году Гоголя не стало, Аксаков написал письмо сыновьям: «Я признаю Гоголя святым, не определяя значения этого слова. Это истинный мученик высокой мысли, мученик нашего времени и в то же время мученик христианства Бедный, бедный страдалец Гоголь!».

Продолжила вечер научный сотрудник Г.Н. Кузина, она раскрыла тему – «Фольклор в творчестве и оценке Гоголя». Еще во время учебы в гимназии Гоголь завел «Книгу всякой всячины», куда записывал украинские песни, предания, обычаи, обряды и игры. Эту тетрадь он вел на протяжении 6 лет – с 1823 по 1832 годы. Весь этот материал Гоголь использовал в работе над украинскими повестями.
Писатель ценил выразительность народной речи. Имея в виду изумительное богатство русского языка, его красочность и многозначность, он писал: «Дивишься драгоценности нашего языка – что ни звук, то подарок; все зернисто, крупно, как сам жемчуг, и, право, иное названье еще драгоценней самой вещи».
В письме к С.Т. Аксакову Гоголь размышляет: «Пословица не бывает даром… Наши пословицы значительнее всех других народов…». Работая над вторым томом «Мертвых душ» Гоголь писал П.А. Плетневу: «Прежде чем примусь за перо, хочу назвучаться русскими звуками и речью».
В статье «В чем же наконец, существо русской поэзии и в чем ее особенность» Гоголь называет три источника, к которым восходит все лучшее, что есть в современном искусстве слова. Первый из них – это народная песня, второй – пословица, третий «слово» русских церковных пастырей. Гоголь с убежденностью говорит, о том, что слово писателя может быть могучим орудием пересоздания человека и общества.

О мечте Гоголя пересоздать человека рассказала заведующая библиотекой Крестовоздвиженского храма И.Н. Ентальцева. Тема ее сообщения: «Душа пророческая: Н.В. Гоголь». Ирина Николаевна отметила, что еще Пушкин говорил, что ни у одного писателя нет такого дара, как у Гоголя, – так ярко описать пошлость. Гоголь надеялся, что читатели узнают себя в его произведениях, увидят пошлость в себе, как в зеркале, и исправятся. При этом пошлость для Гоголя это не просто банальность или безнравственная глупость, для писателя пошлость – это богоотступничество. Н.В. Гоголь считал, что искусство должно служить «незримой ступенью к христианству», а иначе это не искусство, а празднословие. Перед смертью Гоголь просил: «Лестницу, поскорее, давай лестницу!». Если знать, что любимой книгой Гоголя была «Лествица» преподобного Иоанна Лествичника, то последние слова Гоголя принимают особый – духовный смысл. Ирина Николаевна отметила удивительное совпадение с предсмертными словами Пушкина: «…пойдем выше, выше…ну, пойдем!». Также прозвучали и слова Ивана Аксакова о Гоголе: «Много еще пройдет времени, пока уразумеется вполне все глубокое и строгое значение Гоголя, этого монаха-художника, христианина-сатирика, аскета и юмориста, этого мученика возвышенной мысли и неразрешимой задачи!».

В заключение литературного вечера демонстрировался документальный фильм канала «Культура» из цикла Льва Николаева «Гении и Злодеи» – «Николай Гоголь».

Вечер закончился, но гости не спешили расходиться: рассматривали выставку «Гоголь и Аксаковы», делились впечатлениями, а потом собрались у самовара со знаменитым аксаковским чаем. И во время чаепития прозвучала еще одна история. Краевед Л.Г. Михайлова рассказала почти мистическую историю. Лариса Григорьевна коренная уфимка, живет на улице Гоголя, которая до 1901 года называлась Ханыковская, в честь Оренбургского губернатора Якова Ханыкова. Л.Г. Михайлова собрала материал и выпустила книгу о братьях Ханыковых – Николае и Якове, которые были не только государственными чиновниками, но и исследователями нашего края. Она нашла информацию о том, что в 1842 году Яков Ханыков встречался в Риме с Н.В. Гоголем. В воспоминаниях А.О. Россет описаны совместные прогулки с Гоголем, а также с Перовским и Ханыковым, которого по молодости лет все звали просто Яшей. Вот так одна улица соединила два славных имени – Ханыкова и Гоголя.

Вечер получился интересным и информационно насыщенным.

Поделиться: