“Картина Крендовского “Сборы на охоту”

В экспозиции Третьяковской галереи находится небольших размеров, скромная по цветовой палитре картина, на которой неискушенный зритель скорее всего не задержит своего внимания. Однако любители творчества Аксакова обязательно остановятся перед живописной работой Крендовского “Сборы на охоту” (1836г.) и с интересом рассмотрят каждую деталь, нетерпеливое выражение лиц героев, среди которых мог быть и автор знаменитых “охотничьих книг”. Создатель ее Евграф Федорович Крендовский, ученик В.Г. Венецианова, любил писать небольшие по размеру картины, посвященные обыденной домашней жизни, передающие покой, семейное тепло и уют. На этой картине Крендовский изобразил своих друзей-художников. Один из них натягивает сапоги, другой снимает со стены ружье, третий чистит ствол, а охотничья собака, положив лапу на колено хозяина, нетерпеливо заглядывает ему в глаза. У окна мальчик также хочет поучаствовать в радостных сборах и быть полезным: он держит подсвечник, разгоняя сумрак раннего утра.
\
Охота – одна из характерных черт эпохи ХIХ века, как, например, дуэль на пистолетах. Кодекс настоящего охотника-дворянина состоял в следующем: он хладнокровен, сметлив, ловок, не лгун, бережет своих собак, никогда не присвоит себе чужую добычу, не торопится, не бегает попусту по лесу. Но главное, что его отличает, – это любовь к родной природе.

В 2015 году уфимский художник Владимир Панченко подарил Дому-музею Аксакова замечательную копию этой картины, иллюстрирующую одно из страстных увлечений писателя Аксакова – охоту.

Сережа Аксаков, как мальчик на картине Крендовского, на протяжении ряда лет (проживая в оренбургском Аксакове) наблюдал, как его отец собирался на охоту, с интересом слушал его рассказы после возвращения. Он с нетерпением ждал того времени, когда сам сможет пойти на охоту. Летом 1804 года, вспоминает писатель, наконец-то, “отец мой сдержал свое обещание: он приготовил мне легонькое ружье, очень ловкое в прикладе и красиво отделанное, с серебряной насечкой и целью; он купил его как-то по случаю, за пятнадцать рублей ассигнациями, и хотя ружье было тульской работы, но и по тогдашним ценам стоило вдвое или втрое дороже; шагов за пятнадцать оно било очень хорошо… Первый выстрел из ружья, которым я убил ворону, решил мою судьбу: я сделался безумным стрелком. На другой день я застрелил утку и двух болотных куликов и окончательно помешался, увлеченный страстностью моей природы, бегал с ружьем целый день и грезил об ружье целую ночь”.

В первых числах июля 1804 года, гимназист Сережа Аксаков, успешно сдав экзамены, вместе со своим учителем и наставником Григорием Ивановичем Карташевским едет на каникулы домой в деревню, мечтая о рыбалке и охоте. Получив в подарок ружье, он “с утра до вечера бегает с ним до упаду, до совершенного истощения”. Учитель напрасно ожидал, что Сережа попросит его позаниматься, как они договаривались ранее. Он сказал об уговоре матери, и она приказала сыну, чтобы он попросил Григория Ивановича заниматься каждый день два часа. Занятия начались, но мальчик думал только об утках и куликах… “Воспитатель мой, – вспоминает писатель, – убеждал меня, чтобы я победил в себе вредное свойство увлекаться до безумия, до забвения всего окружающего… Увы, я ничего не слыхал, ничего не понимал”. Видя безуспешность убеждений, наставник испытал другое средство: на целую неделю предоставил ученику полную свободу. Он надеялся, что Сережа пресытится новой охотой и усталость возвратит ему рассудок. “Но напрасно,- восклицает Аксаков, – я не не выпускал ружья из рук, мало ел, дурно спал, загорел, как арап, и приметно похудел”. Тогда были приняты решительные меры: ружье повесили на стенку. “Смешно и совестно вспомнить, – продолжает писатель, – что было со мной в первые сутки! Я плакал, ревел, как маленькое дитя, валялся по полу, рвал на себе волосы и едва не изорвал своих книг и тетрадей, и только огорчение матери и кроткие увещевания отца спасли меня от глупых, безумных поступков; на другой день я как будто очнулся, а на третий уже мог заниматься и читать с удовольствием; на четвертый день я совершенно успокоился… Мне было совестно, досадно на самого себя почти до слез и, переходя от одной крайности к другой, я хотел отказаться совсем от ружья. Григорий Иванович опять был недоволен; он не одобрил моего намерения и потребовал, чтобы я каждый день ходил на охоту или от утра до обеда, или от обеда до вечера; но чтобы каждый день три-четыре часа я занимался с участием и прилежанием, особенно историей и географией, в которых я был несколько слабее других отличных учеников. И время потекло правильно и приятно”.
Занимательный и, несомненно, поучительный рассказ о воспитании, о детской психологии…

Картина Крендовского, находящаяся в музее, прекрасно иллюстрирует далекое время и служит побудительным моментом для последующей цитаты великолепной, яркой, живой и такой современной прозы Сергея Аксакова.

Хранитель музея Г.О.Иванова

Поделиться: