И воин не один, и поле не одно. Интервью с Михаилом Чвановым, опубликованное в “Литературной газете”

Михаил Чванов – прозаик, публицист, лауреат литературных премий, председатель созданного им Аксаковского фонда, вице-президент Международного фонда славянской письменности и культуры – ответил на вопросы «ЛГ».

– Бескомпромиссный бо­рец за русскую культуру, известный реставратор и искусствовед академик РАЕН Савва Ямщиков писал: «Для меня подлинным открытием, заставившим восхититься и преклонить колени перед истинным подвижником и здравым мыслителем, стало знакомство с творчеством писателя Михаила Андреевича Чванова. Том чвановской прозы и публицистики я в прямом смысле впитал в себя. Порою я забывал, что читаю написанное другим человеком, и становился незримым соавтором талантливого творца. Литературные произведения, вышедшие из-под пера Чванова, органично вписываются в богатейшую сокровищницу современного русского писательского творчества и выдерживают сравнения с классическими работами Распутина, Астафьева, Абрамова и Носова…» Тем не менее мне кажется, что в России и тем более за рубежом вы известны больше как общественный деятель. Вас это не огорчает?

– Может быть. Но что делать, остаётся только пожать плечами.

– Вы искали пропавшие полярные экспедиции, были первоисследователем крупнейшей пещерной пропасти Урала Кутук-Сумган, в которой после вас потерпели трагедию несколько экспедиций, поднимались во время извержения к кратеру самого высокого в Евразии Ключевского вулкана, кочевали в приполярной тайге после катастрофы вертолёта…

– Мой крёстный отец в литературе замечательный белорусский писатель опальный Василь Владимирович Быков, прочитав один из моих первых рассказов, писал мне: «Ваш талант глубок, только не разменяйте его по мелочам». Боюсь, что я остался глух к его предо­стережению. Вместо того чтобы сосредоточиться на одном, я пытался объять необъятное. Но в то же время я не представляю свою жизнь без этих дорог.

– Вашу общественную деятельность высоко ценил Валентин Григорьевич Распутин. На двухтомнике, подаренном во время одного из приездов на Аксаковский праздник, написано: «Михаилу Чванову от автора с радостью, что есть на Руси такой человек, показавший, что и воин не один, и поле не одно». По вашей инициативе и при вашем личном участии были учреждены Всероссийская литературная премия им. С.Т. Аксакова, Аксаковская гимназия в Уфе, широко известный Аксаковский историко-культурный центр «Надеждино», в котором восстановлен из руин храм во имя вмч. Димитрия Солунского, покровителя русского воинства, в нём крестили великого печальника земли Русской и всего славянства Ивана Сергеевича Аксакова. Рядом, на пепелище, восстановлена аксаковская усадьба, в которой ныне музей семьи Аксаковых – второй аксаковский музей в вашей биографии. А ещё в центре – памятник С.Т. Аксакову, школа ремёсел. Надеждино – сердце ежегодного Международного Аксаковского праздника, который в этом году пройдёт в 30-й раз. Чему он будет посвящён?

– Юбилею праздника и 200-летию со дня рождения первого гражданского губернатора Уфимской губернии Григория Сергеевича Аксакова. Сергей Тимофеевич Аксаков велик не только своими литературными произведениями, а и тем, что дал России двух великих славянофилов – Константина и Ивана Аксаковых. Но у Сергея Тимофеевича был ещё один сын, Григорий, который родился между ними и который как бы потерялся меж их громкой славы. Потому как они тянули небесный путь России, а он взвалил на себя труд государственного чиновника и на этом поприще оставил свой заметный след не только в истории Оренбургской, Уфимской и Самарской губерний.

– Зная ваш непростой характер, спрошу: как вам живётся при новом главе Башкирии?

– Один лишь пример. Стукнуло мне 75. Как обычно, иду себе не при параде на работу – в Мемориальный дом-музей С.Т. Аксакова в Уфе. Вдруг звонок. Вице-премьер правительства Ленара Иванова: «Мы сегодня обедаем вместе с Радием Фаритовичем?» – «Понятия не имею». – «Разве вам не сообщили?» Понимаю: кто-то хотел, чтобы я не пришёл на этот обед, чтобы новый глава подумал: не пришёл – возгордился. На обеде, пользуясь случаем, я озвучил, что в следующем году 200 лет со дня рождения первого уфимского гражданского губернатора Григория Сергеевича Аксакова. Вице-премьер предложила выпустить постановление правительства, провести научную конференцию. «Нет, – сказал Радий Фаритович. – Будет мой указ, будет создан оргкомитет, будут выставки и научная конференция, а также памятник и орден Г.С. Аксакова, который будет вручаться выдающимся государственным и общественным деятелям республики».

Губернатор Уфы -Григорий Серг Аксаков1 копия.jpg

Первый уфимский граж­данский губернатор Г.С. Аксаков

Для меня было знаковым решением, что он пытается восстановить нить государственного служения, порванную большевиками, что он почувствовал себя восприемником служения одного из лучших губернаторов российских, которого высоко ценил Александр III, несомненно, лучший император российский.

Во время того же застолья набрался наглости и обнародовал ещё одну дату: 100 лет со дня гибели выдающегося полярного исследователя – уроженца Уфы Валериана Ивановича Альбанова, прообраза штурмана Климова в романе Вениамина Каверина «Два капитана». На что последовал ответ: «Будет указ о создании в Уфе в только что отреставрированном двухэтажном особняке музея имени Валериана Альбанова». Я думаю, что при «губернаторе» Хабирове можно было бы сделать ещё немало добрых дел, но, не говоря уже о возрасте, я хирургами много раз шит и перешит, в буквальном смысле распилен вдоль и поперёк, тяжело контужен. И если уж просить его, то его благословения, а ещё митрополита Никона, лечь мне в Надеждине, у восстановленного мной Димитриевского храма.

– Что может ждать от вас читатель в ближайшем будущем?

– В издательстве «Вече» должна выйти моя книга «Вышедший из бурана», которую я писал урывками почти сорок лет: бросал и снова возвращался. Мне самому трудно определить её жанрово – может быть, это роман, временами эссе, порой фантастика и даже публицистика. В подзаголовке я определил её как «Книга Бытия». Некоторые главы мне самому нравятся, многие нет, но уже ничего не могу с ними сделать. Знаю, что не в полную меру справился с задачей. Сжечь бы – но не хватило мужества. Это мысли о России, о её прошлом, настоящем и будущем, герои вымышленные и реальные, в том числе ныне живущие, как, например, выдающийся русский предприниматель Вадим Иванович Туманов, который в прессе, к сожалению, больше известен как фартовый золотоискатель и друг Владимира Высоцкого. Книгу, скорее всего, в штыки примут и коммунисты, и либералы, впрочем, и те и другие, одинаково зомбированные разрушительными идеями (только они считают, что они антиподы), книг не читают. Боюсь, что и нормального читателя испугает её объём.

На «Ютьюбе» можно найти наш с режиссёром Венерой Юмагуловой отмеченный дипломами уже нескольких кинофестивалей документальный фильм «Исход. Долгое возвращение», снятый к приближающемуся 100-летию российской геополитической катастрофы – Русского Исхода. Герой фильма – мой друг, полковник ГРУ Александр Беляков, с которым меня свела югославская война. Которого через 20 лет найду в той же, теперь уже бывшей Югославии, где он в Черногории спасёт от уничтожения русское воинское кладбище времени Русского Исхода, поставит на нём храм, станет в нём старостой и приготовит на нём себе могилу, чтобы лечь вместе с русскими изгнанниками. Но бросившиеся в объятия НАТО власти черногорские объявят его, инвалида, передвигающегося к тому времени на костылях, персоной нон грата.

– Говорят, что вы сами спасли русское воинское кладбище за границей?

– Признаюсь, не однажды бывая в Париже, ни разу не был ни в Лувре, ни в других знаменитых музеях. Для меня Париж – это кладбище русских изгнанников Сен-Женевьев де Буа. Бывая за границей, я везде искал могилы русских изгнанников. Я почему-то чувствую перед ними вину. Искал во Франции, Сербии, Италии, Греции, Чехии… В Болгарии, под легендарной Шипкой, я наткнулся на заброшенное кладбище русских офицеров, в своё время прапорщиками и поручиками воевавших за освобождение Болгарии от османского ига и уже полковниками и генералами вынужденных уйти сюда в Гражданскую войну, спасаясь от неминуемой смерти. Каждый раз, прилетая в Болгарию, в меру своих сил я стал восстанавливать кладбище. Ныне ему придан мемориальный статус, инициативный комитет по восстановлению кладбища возглавила замечательная болгарская женщина Гина Хаджиева, которая прилетит на Аксаковский праздник, если празднику не помешает коронавирус. Как прилетит из Чехии русская женщина – родственница Аксаковых, предки которой в Гражданскую войну уходили страшным Сибирским ледяным исходом под командованием генерала Врангеля. Даже уже в третьем поколении болят обрубленные русские корни. И я буду счастлив показать ей возвращающуюся к корням Родину.

Беседу вёл Пётр Николаев, Уфа

Поделиться: