официальный сайт

Из рода Аксаковых

Согласно исследованию ученых род Аксаковых ведет отсчет от Ивана Федоровича Вельяминова, жившего во времена Ивана III (середина 15 века), по прозвищу Аксак, что в переводе с татарского означает "хромой", но Аксаковы в далеком прошлом писались "Оксаковы".

Из древних родословных книг известно, что Аксаковы происходили от знатного варяга Симона Африкановича. который прибыл в Киев и построил в Киево-Печерской лавре церковь "во имя Успения Пресвятой Богородицы". От этого Симона берут свое начало Вельяминовы, Воронцовы-Вельяминовы и другие известные фамилии. У Ивана Федоровича Вельяминова было четыре сына: Иван, Александр, Дмитрий и Василий. От Александра пошла ветвь известного русского писателя, нашего земляка Сергея Тимофеевича Аксакова. От Дмитрия происходил в 6 колене Петр Дмитриевич Аксаков.

Предки Петра Дмитриевича Аксакова служили воеводами и царскими стольниками. В 16-17 веках среди Аксаковых можно было встретить и наместников, и стряпчих и других. Его отец, Дмитрий Семенович, и дяди, Иван и Петр, были стольниками во время царствования Прасковьи Федоровны. Сведений о службе в ранний период жизни немного: был в звании полковника, затем - обер-кригскомиссара.

С давних времен Уфимская провинция управлялась воеводами, которым подчинялись воеводы в пригородах, а сами уфимские воеводы с конца 16 века были под опекой казанского воеводы, с 1708 года - казанского губернатора. В конце 1739 года именным указом императрицы Анны повелевалось Уфимской провинции вместо воеводы "быть под управлением вице-губернатора бригадирского ранга с подчинением его Оренбургскому Генералитету". 1 октября 1740 года в Сенате был издан указ, по которому "генерал-майору и лейб-гвардии Преображенского полка секунд-майору Петру Воейкову, определенному в Уфу вице-губернатором, быть по-прежнему в лейб-гвардии, а для определения в Уфу в вице-губернаторы герольдмейстеру, выбрав, представить кандидатов людей достойных". Выбор среди трех кандидатов был сделан, и 7 ноября 1740 года состоялось "определение Сената о назначении в Уфу вице-губернатором Аксакова с производством его в чин бригадира". Несмотря на военное звание. Петр Дмитриевич был опытным подьячим, отличался остроумием и знанием законов. Современники отмечали, что "даже деловые бумаги его не лишены едкого сарказма". Сдав прежнюю должность походному комиссариату, Аксаков явился в Сенат для заслушивания указа о назначении и принятия присяги, после чего немедленно отправился в Уфу.

В это время только что закончился продолжавшийся несколько лет башкирский бунт, повсюду происходили суд и казни над участниками восстания, причиной которого было "построение Оренбурга и других крепостей, отнятие башкирских земель и увеличение русского элемента". Аксаков вскоре после прибытия в Уфу объявил во всеуслышание о том, что он "никаких

оренбургских командиров знать не хочет", и во вверенной ему Уфимской провинции все решает он.

В 1741 году в Самаре от продолжительной цинговой болезни скончался главный командир Оренбургской Комиссии князь Василий Алексеевич Урусов, и на его место был назначен "ревностивейший" организатор усмирения бунта, предводитель военно-судной комиссии генерал-лейтенант Соймонов. Он и Аксаков не терпели друг друга, и между ними началась самая ожесточенная вражда, которая распространилась и среди местного населения, разделив его на два лагеря. Одни поддерживали Соймонова, другие же "пристали к помянутому бригадиру Аксакову и на Соймонова, яко же и на всю ведомства его в башкирскую комиссию к Аксакову многие жалобы приносили, которые он охотно от них принимал и в том всякую надежду не давал, отчего у тех старшин разные междоусобия и ссоры явились, а особливо между главными: Шарыпом и Аракаем". Аксаков объявил себя покровителем башкир, и что "всякий обиженный Соймоновым может найти у него зашиты". Бригадир так был уверен в себе, в своей силе, что всякую жалобу на своего командира, начальника края, отправлял прямо в Сенат. Там все представленное было принято, и от Соймонова потребовали объяснения. Все это еще больше подняло авторитет Аксакова. В январе 1742 года, получив известие о вступлении на Всероссийский престол императрицы Елизаветы Петровны, Соймонов, желая поправить свое положение в глазах нового правительства, отправил в Петербург двух преданных ему башкирских старшин Шарыпа Мрякова и Ахмира Асанова с другими депутатами от башкир поздравить императрицу от лица всего башкирского народа со вступлением на престол. Однако на пути из Мензелинска в Самару 26 апреля 1742 года курьер вручил Соймонову указ о смещении его с должности, а также о том, что главным командиром назначен тайный советник И.И. Неплюев, которому и надо сдать свои полномочия.

Новый губернатор дружески сошелся с Аксаковым. Они вместе составили положение об управлении башкирами и другими инородцами Оренбургского края. П.Д. Аксаков вместе с городским главой Д.В.Волковым, несмотря на запретный указ государыни императрицы Анны Иоанновны от 11 февраля 1736 года, принял решение, что "без кузниц и кузнецов никак обойтись невозможно", и потому "позволили в российских жилищах кузнецам быть, да и у башкирцев на каждой дороге, то есть в каждом уезде, по 3 кузницы иметь".

Вместе с И.И.Неплюевым П.Д.Аксаков представил Правительствующему Сенату проект указа о разрешении продажи земли башкирам в Уфимской и Исетской провинциях. Они выступили за то, чтобы "мещерякам, татарам и чувашам, которые на башкирских воровских землях живут и прежде башкирцам оброки платили, теми землями владеть им, а оброков башкирцам не платить, которыя из них поселились и живут на землях верных и непристававших к воровству башкирцев, чтоб шли и селились на пустых бунтовщичьих землях, которое определение и от Правительствующего Совета конфирмовано". По указу от 9 июля 1741 года Уфимская провинция была подчинена ведомству Башкирской комиссии и Оренбургского Генералитета, с которыми Аксаков должен был решать все вопросы, касающиеся башкир, а в экстремальных случаях "...чинить по воинским регулам и указам и изобретениям лучших способов, по своему искусству и рассуждению будущих

в команде его вице-губернатора штаб-офицеров, усматривая, чтобы высочайшим интересам повреждения и подданным ни малого разорения причиниться не могло".

Аксаков вместе с Неплюевым дал обоснование, проекта - "дабы из Оренбурга чрез Сакмарский город к Казане продолжить прямую новую дорогу и населить на ней сходцов из внутренних российских, мест в Уфимский уезд". По их распоряжению башкиры должны были выставлять ежегодно 2000-2500 человек для несения пограничной службы. Регулярное привлечение башкир и мишарей к этим новым воинским повинностям, а также более широкое использование их в легких кавалерийских отрядах в войнах, которые вела Россия, началось после 1742 года.

Вместе с тем продолжался произвол Аксакова, который не знал меры. Он не стеснялся никаких средств и этим нажил себе врагов, особенно в чиновниках не своего ведомства. В Сенат продолжали идти жалобы на П.Д. Аксакова, которые обвиняли его во многих злоупотреблениях властью, растрате казенных средств. Неплюев приказал назначить по делу Аксакова следственную комиссию в составе полковника Казанского драгунского полка Люткина, асессора Уфимской провинциальной канцелярии Мертваго и секретаря Зубова. Люткин решился потребовать удаления Аксакова от должности на время следствия. Неплюев дал распоряжение Люткину принять от него воеводские дела и быть Уфимским воеводой, о чем и доложил Сенату. Аксаков не выполнил это указание. Вместо этого опечатал все дела и отправил донесение в Сенат. Все это закончилось тем, что Неплюев подтвердил приказ о сдаче Люткину воеводских полномочий, самую должность вице-губернатора упразднил, находя ее, судя по поступкам Аксакова, даже вредной.

Состоявшийся суд отстранил Аксакова от должности. Несмотря на это, он жил в казенном вице-губернаторском доме близ Смоленского собора (ныне на этом месте Монумент Дружбы), получая по указу императрицы Анны все свое вице-губернаторское жалование в размере 600 рублей и разъезжая по городу как бригадир, по чину, на шести лошадях "с гайдуками и скороходами".

25 июня 1744 года П.Д. Аксаков в очередной раз обратился к И.И.Неплюеву с просьбой об отбытии в Петербург для объяснения Сенату всех своих действий: "Благоволите, Ваше Высокопревосходительство, дать мне к моему дому военный караул и до Москвы - чтобы провожал меня конвой, ибо я окружен злодеями, которые покушаются на мою жизнь". Неплюев ответил согласием приставить к Аксакову караул, состоящий из шести солдат под командованием капрала. Вместе с этим распоряжением губернатора был получен Сенатский указ об отстранении Аксакова от службы.

После получения за подписью генерал-фельдмаршала Людвига Гессен-Гомбурского бумаги о том, что П.Д. Аксаков должен явиться в Москву в Правительствующий Сенат, 15 сентября 1744 года бывший вице-губернатор, получив 800 рублей "прогонов и подъемных денег", выехал из Уфы в сопровождении почетного и охранного конвоя, со множеством крепостных, поварами с походной

кухней. На особой фуре везли секретные дела, о которых так усердно хлопотали начальство и следователи (последним Петр Дмитриевич так и не отдал документы, несмотря на их неоднократные требования).

С отъездом Аксакова управление Уфимской провинцией в составе Оренбургской губернии было вновь поручено воеводам. В феврале 1745 года был издан указ о прекращении дела бригадира П.Д.Аксакова и об увольнении его со службы.

О дальнейшей жизни Аксакова известно немного: 16 августа 1760 года именным указом он пожалован в действительные статские советники, а с 14 ноября 1761 года был определен "членом экспедиции о колодниках" (узниках, заключенных - В.Б.), продолжая заниматься разбором порученных ему архивных дел до 1768 года.

Витевский В.Н. И.И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 года. Тт. 1-5. - Казань. 1890.

Рычков П.И. История Оренбургская.- Оренбург. 1896.

Труды Оренбургской ученой архивной комиссии за 1899-1917 г.

Материалы по истории БАССР - М: АН СССР. 1956.- Т.1У, ч.П.

Игнатьев Р.Г. Суд над бригадиром Аксаковым. - Уфимские губернские ведомости за 1875. № 29, 31, 37, 38, 41,42, 45, 46.

В.Н. БУРАВЦЕВ,

уфимский коллекционер,

краевед

Яндекс.Метрика